Трехкратная чемпионка мира в составе сборной России Эмилия Турей в беседе с корреспондентом БЦ Андреем Шитихиным рассказала о своем переходе в 2005 году из "Астраханочки" в датский "Слагелсе", который в то время был сильнейшим клубом мира.
— Контракты предлагали все клубы первой шестерки чемпионата России. Та же "Лада" во главе с Евгением Васильевичем Трефиловым обещала условия как минимум не хуже датских.
Но со "Слагелсе", двукратным на ту пору победителем Лиги чемпионов, где тогда играла Ирина Полторацкая, мы вели переговоры практически полгода. Решающим фактором соглашения стали не финансовые условия, а возможность поиграть в клубе, собравшем лучших гандболисток мира. Мне хотелось получить опыт игры рядом с ними.
— На время трансфера вам было всего 20 лет. Быстро почувствовали себя своей среди суперзвезд?
— Свои задачи я выполняла. Практически всегда забрасывала по 4-5 мячей за игру. При подготовке к старту неудобство и стеснение, признаюсь, испытывала. Но к началу сезона подошла уже с уверенностью, что я — игрок основного состава.
— В 21 год вы стали чемпионкой мира, играли в сильнейшем клубе планеты. Подходящие условия, чтобы подхватить звездную болезнь.
— Про это лучше спрашивать у тренеров, с которыми я работала, или у гандболисток, с которыми играла. Но чего я тогда добилась, кроме победы на чемпионате мира? Мечтала стать олимпийской чемпионкой, поднять над головой трофей Лиги чемпионов. Впереди было много целей. С какой стати мне было задирать нос?
Думаю, меня эта болезнь вообще обошла стороной. Я и после трех побед на чемпионатах мира не чувствовала ничего такого, о чем вы спросили. Разве могут надоесть титулы? Я бы и от десяти побед не отказалась. Но, к сожалению, смогла с подругами из сборной добиться только трех.
— Страшно представить, что вы испытывали после проигранного в Пекине олимпийского финала…
— Я вроде и сдержанная по характеру. Но тогда мне было действительно очень тяжело. Век спортсмена короток, никогда нельзя предсказать, будет ли в твоей карьере еще одна Олимпиада, а если и будет — как она сложится.
Потом еще несколько дней чувства были обострены до предела. Претензий одна к другой мы не высказывали, но у каждой они были прежде всего к себе. Но время лечит, а уныние — это грех, — рассказала Эмилия Турей.
Эмилия Турей: "Я словно внезапно оказалась перед пропастью. Но вперед не шагнула"