Харизматичный голкипер могилёвского "Машеки" Вадим Котов за свою многолетнюю карьеру отыграл едва ли не во всех белорусских клубах. И, по идее, должен быть удостоен как минимум благодарственной грамоты от национальной федерации гандбола — за преданность национальной школе.
Так что уезжает 36-летний вратарь в израильский "Маккаби" из Реховота в хорошем настроении и с чувством выполненного долга.
В Бресте ошибаться нельзя
— Вы прямо рекордсмен, кажется, не отметились лишь в двух клубах из главной лиги Беларуси.
— Вариант со СКА тоже был — в 2009 году, но как-то у нас не склеилось. Да и "Гомель" позвать меня хотел, но я уже был в Могилёве, а от добра, как известно, добра не ищут.
— Думается, вы всё равно смогли бы написать научную работу на тему "Командный дух в игровых видах спорта". Наверняка в каждом клубе он разный.
— Всё зависит от целей. Скажем, в БГК они предельно максимальны, и задача в каждом матче только одна — победа. Считаю, что в минском СКА в последние годы вышли на такие же позиции — там намерены побеждать в каждом матче.
Другие клубы борются максимум за третье место — и это, понятно, уже совсем другой дух. Нет такой концентрации и такого психологического давления, как в Бресте, где ошибаться просто нельзя. Но у "Машеки", понятно, тоже есть амбиции. Хочется расти и решать другие задачи.
— Ваш главком Алексей Васильев сказал в интервью "Быстрому центру", что настраивал своих ребят хотя бы на одну победу над БГК. И в Кубке страны она была близка. Показалось даже, что вы провели свой лучший матч в сезоне.
— Не соглашусь, в каких-то играл и успешнее, но в той кубковой встрече наша команда в целом показала хороший уровень. Ребята летели вперёд, а я делал всё, чтобы прикрыть тылы.
— У брестчан тоже есть такой человек на последнем рубеже. В конце игры вы не могли пробить его с пенальти. Егор Ковалевский потом пожалел, что не стал перебрасывать Дениса Заболотина, который любит выходить на 4-метровую отметку, а влепил "со всей дури". Что бы вы посоветовали одноклубнику — как лучше поступить в такой ситуации?
Егор Ковалевский: "С Белявским и Самойло я ещё встречусь. Надеюсь, в Лиге чемпионов!"
— Моё мнение — перебросы в такие моменты нежелательны. Лучше всего попытаться забросить мяч, что называется, с кровью. Что Егор и делал.
Перебросы — когда уверенно ведёшь в счёте, хочешь показать болельщикам красоту, то ради Бога! Но когда это решающий момент матча, то такие вещи связаны с большим риском. Если не выйдет, тебе об этом будут напоминать весь сезон.
Хотя всегда найдутся люди вроде Бори Пуховского — у него, как говорят в таких случаях, стальные яйца, и он просто умеет сохранить холодную голову в такие моменты. Опытные игроки этим и опасны.
Да, вы тут вспомните и куда более молодого Ивана Зинейкина, который в прошлом сезоне забросил решающий пенальти через того же Заболотина. Молодец, рискнул и оказался на коне! Ещё один последователь Пуховского… Но вообще каждый игрок решает для себя сам — как ему поступить.
— Рискну предположить, что атакующий держит в голове ещё и тот факт, что удачный переброс может психологически надломить кипера.
— Опять же: если это произошло в решающий момент, то, как правило, так и происходит. Никому не хочется пропускать лёгкий гол. Думаю, и Заболотин тогда испытывал похожие чувства. Тем более что такие мячи вызывают сверхэмоциональную реакцию и у соперника, и у его болельщиков, и это довольно неприятно.
И многое зависит от особенностей нервной системы вратаря. Кто-то эти восторги проигнорировал и тут же забыл, а кто-то выходит из себя и начинает потом совершать ошибки.
Скажу по себе — такие мячи, помимо воли, начинаешь анализировать куда более детально, чем заброшенные, как я уже говорил, с мясом. Где именно ты ошибся, почему сделал лишний шаг, как случилось, что повёлся на финт противника…
Из разыгрывающих самый неприятный — Владислав Бабрович
— Кто для вас самые опасные игроки в белорусском чемпионате?
— Никита Вайлупов был — когда в нём играл. Ну и Максим Баранов. У них очень хороший арсенал бросков — и поэтому тяжело предугадать, как именно они поступят.
С полусредними всё же полегче. Ну, если это не касается Кирилла Рабчинского, который шпуляет с 11 метров, и мяч ты обнаруживаешь только в сетке. Шкуринский — похожего плана парень, его тоже тяжело просчитать.
Из разыгрывающих для меня самый неприятный — это Владислав Бабрович из команды МОГК. В этом сезоне ещё более-менее, но в прошлом это был какой-то кошмар. Какой-то неудобный у него бросок, никак не мог приспособиться.
— Откройте секрет — когда у вратаря получается лучший матч? Какой-то особенный настрой, психологическая подготовка?
— Когда помогает защита. Когда вяжут центральных и не дают себя обыгрывать один в один. Потому что когда тебя расстреливают с шести метров, то каким бы ты ни был вратарём, шансов у противника всегда больше.
Ну и собственный кураж важен, конечно. Поймать его помогают не только партнёры, но и болельщики, особенно — когда их много. Ты примерно знаешь возможности всех игроков команды соперника, но именно при переполненных трибунах все их намерения считываются с куда большим КПД. Всё-таки правильно говорят, что болельщик — это ещё один игрок твоей команды.
— Как же они теперь будут без вас — по сути, лица "Машеки"?
— Незаменимых людей нет. Найдутся и другие вратари, которые будут защищать ворота нашего клуба: может, чуть лучше, может, чуть хуже — на первых порах. Но всё будет хорошо, уверен.
— Хорошо — это когда ребята перейдут на другой уровень. Вернее всего — это будет уже в более сильных чемпионатах. У кого, на ваш взгляд, наиболее хорошие шансы там заиграть?
— Ярослав Чайковский — считаю, ему уже пора уезжать. По примеру Егора Ковалевского, которого, насколько знаю, ждут в Польше. Они оба интересные игроки — с потенциалом. И, думаю, им просто необходим новый вызов в карьере.
"Польша — более спортивная страна, чем Беларусь!" Александр Бушков объяснил, почему не едет домой
Для меня мастерство тренера — это умение сохранить голову трезвой
— Когда все уедут, останется только тренер Васильев с новой партией честолюбивых ребят. Вы, знаю, работали в Бресте вместе с Гинтарасом Савукинасом. Их можно сравнить? И как вообще определяется класс тренера, степень его психологического воздействия на игроков?
— У Савукинаса всё идет от защиты, у Алексея Юрьевича — похожий подход, хотя вообще-то это немного разные люди. Но оба, безусловно, хорошие специалисты.
Что для меня входит в это понятие? Всю работу, понятно, тренер проводит до игры, а во время неё должен максимально воплотить свои идеи в жизнь. Ведь когда ты в игре, то это стресс и непрерывная амплитуда эмоций. И для меня мастерство тренера — это умение сохранить голову трезвой и дать игрокам именно тот совет, который окажется наиболее полезным.
Опять же: нельзя не сказать и о мотивационной составляющей — без неё, считаю, нельзя, потому что при всём профессионализме спортсмены тоже живые люди. И ведомые.
И вести их вперёд должен главный тренер. А если он будет говорить банальные фразы, сидя на скамеечке, то и команда станет играть соответствующим образом.
— Что сказал Васильев, когда узнал, что вы уезжаете в Израиль?
— Алексей Юрьевич принял это известие нормально, потому что я уже игрок состоявшийся, поиграл, как вы сказали, едва ли не во всех белорусских командах — и мне уже давно пора куда-то уехать. Раньше просто такой возможности не было, а сейчас появилась. И меня с чистой и доброй душой отпустили.
— Справки об израильском чемпионате наводили?
— Да, Олег Астрашапкин, который и сам туда снова уезжает, мне всё рассказал. В Израиле, как мы знаем, есть только один минус. Но сейчас они подписали мирный договор — и вроде как всё успокоилось. Но всё же сначала поеду один, а потом будет видно.
Позавчера был Ландин, вчера — Вольфф, сегодня — Нильсен
— Сейчас у всех спрашивают о завершившемся чемпионате мира по футболу.
— Я в этом плане собеседник неудачный. Ни одного матча так и не посмотрел.
— Но как же так?!
— В последнее время футбол не смотрю — даже Лигу чемпионов. Не тянет — и всё. Я и раньше-то не был большим фанатом этого вида спорта, а сейчас — тем более.
— Ну вот, а я считал, что гандбольные вратари чутко наблюдают за действиями своих коллег в футбольных воротах — можно ведь и для себя что-то полезное заметить.
— Всё-таки гандбол в этом плане значительно полезнее, его-то, понятно, я смотрю, особенно Лигу чемпионов. И тогда отдаёшь должное лучшим — их действия отточены практически до совершенства.
— Лучший для вас, следует полагать, Эмиль Нильсен — тем более он как-то ближе всех к вам по комплекции, нет?
— Знаете, как-то Юрий Анатольевич Шевцов сказал: "Вы смотрите гандбол, глядя на мячик, а я наблюдаю за действиями игроков". И я потом тоже стал смотреть на игру его глазами, наблюдать, как вратари занимают позицию, как ведут себя в "рамке" — и потом делаю свои выводы.
— И каковы же они?
— Гандбол меняется со скоростью света. Позавчера был Ландин, вчера — Вольфф, сегодня — Нильсен, а завтра будет ещё кто-то. Поставить всех рядом и попытаться слепить какой-то собирательный образ идеального вратаря не получится — уж больно все разные. Но у каждого можно что-то взять.
— Ладно, приземлимся поближе к Могилёву. Через сколько лет вы с Астрашапкиным вернётесь в город мечты, чтобы попробовать поднять могилёвский гандбол на новую высоту? У Олега, знаю, это в планах.
— Ох, не знаю, дай Бог поиграть ещё годика два-три. Ну с Олегом понятно, это его родина, а я вообще-то минчанин, если что… Но никто не знает, что будет через год, чего уж загадывать на большее. Хотя, конечно, помогу, если будет позволять здоровье, "Машека", считаю, всё-таки мой родной клуб.
Ну а потом буду рад, если меня пригласят начать тренерскую карьеру. Признаюсь, думаю об этом уже давно и насобирал приличную базу материалов и собственных наблюдений для того, чтобы прийти в эту профессию более-менее подготовленным.
Мне слишком нравится гандбол, чтобы я мог так просто из него уйти…
Фото: пресс-служба "Машеки", личный архив Вадима Котова
