Лимит легионеров в национальных лигах. Прок или бессмыслица?

3 июля 2019

Июнь нежданно вернул в гандбольное информационное поле давно забытую тему — лимит на легионеров в национальных чемпионатах.

В Беларуси Сергей Рутенко стал единственным противником отмены таких ограничений, что в итоге разлучило его со статусом зампреда федерации. Украинцы же, словно в противовес соседям, долгое время спустя ввели лимит на количество в заявке на матч зарубежных игроков.

Мы решили изучить тему в приложении к другим странам и проследить, насколько эффективны принимаемые в разных уголках Европы меры по защите игроков "титульной" национальности.

За что боролись?

Для начала имеет смысл уточниться в терминологии. Ведь лимит лимиту рознь.

Во-первых, большинство европейских стран связаны различными договорами, которые не позволяют дискриминировать, в том числе в сфере трудоустройства, граждан государств, подписавших соглашения об экономической интеграции.

Во-вторых, существуют разные трактовки самого понятия "легионер". Отдельные члены ЕГФ определяют таковыми тех, кто не имеет права выступать за национальную сборную. Остальные берут за критерий наличие гражданства.

Наконец, в-третьих, ограничения могут оговариваться в разных форматах: заявки на сезон, заявки на матч и даже количества легионеров на площадке в каждый момент игры.

Да и мотивы приглашения иностранцев могут разниться кардинально. Чаще в статусе легионеров используют игроков уровнем выше, чем у местных спортсменов. А иногда осознанно ориентируются на гандболистов из стран, которые беднее. Таким приезжим можно платить несколько меньше, чем доморощенным игрокам.

Примером противостояния последнему из упомянутых трендов можно привести политику румынских гандбольных властей. Те ввели ограничение на количество игроков из стран, не входящих в гандбольную топ-десятку континента. Не так давно по этой причине были ущемлены интересы украинца Владислава Остроушко и россиянина Эльдара Насырова, собиравшихся перейти в "Дунэрю" из Кэлэраши.

Случай интересен тем, что таким образом защищались, скорее, не интересы национальной сборной, а уровень чемпионата в целом.

Еще интереснее обстоят дела в Венгрии. Там решили стимулировать отказ от иностранцев финансовыми рычагами. Четырех легионеров можно заявлять бесплатно, каждого последующего за круглую сумму порядка 16000 евро.

Впрочем, особого эффекта в условиях венгерского "классового разделения" это не возымело. Бедные клубы и так не могут себе позволить легионерскую роскошь, а богатые платят. Но даже они при случае пытаются оформить венгерские паспорта своим звездам. Через такую процедуру прошли, например, хорват Ренато Сулич и серб Момир Илич.

В другую группу стоит отнести федерации, где, возможно, и хотели бы иметь жесткие лимиты, но связаны по рукам и ногам общегражданскими законными уложениями. Там не избежать изменений численных характеристик. Например, в 2007 году "Сьюдад-Реаль" не смог заявить Алеша Пайовича, поскольку тот стал бы десятым (!) не-испанцем в составе. Сейчас же на Пиренеях число "десять" в таком контексте даже представить сложно: разрешено заявить только двух игроков, не имеющих паспортов страны, не входящей в ЕС или Европейскую экономическую зону.

Такая же ситуация в Польше. Там лимит составляет три человека, но под него не подпадают граждане ЕС и обладатели карты поляка — документа, подтверждающего наличие польских корней и дающего все права гражданина Польши, кроме возможности голосовать на выборах.

Как ни странно, в ту же группу теперь смело можно отнести и Россию. После отмены легионерского статуса для белорусов в начавшемся межсезонье уже семеро из них перебрались в Суперлигу. Вероятно, черта не подведена: еще у нескольких игроков на руках предложения от российских клубов.

Наконец, есть примеры и четких ограничений по количеству иностранцев. Например, в Македонии можно использовать не более девяти варягов, в Словении ограничиваются шестью. Это гораздо мягче, чем было/есть на постсоветском пространстве. В России и теперь на Украине на площадке могут появиться только трое иностранцев. Таким же до недавней отмены был лимит в Беларуси.

На что напоролись?

Теперь можно посмотреть, где и какой прок получен от введенных ограничений.

Например, важным фактором представляются совсем недавние пропуски топ-турниров поляками (2018, 2019), венграми (2015), словенцами (2014, 2019), румынами (в последний раз участвовали на ЧМ-2011), россиянами (2018), белорусами (2019). Из упомянутых в предыдущей главе инициаторов лимитов только македонцы и испанцы не имели проблем с квалификацией. Причем лишь пиренейцы могут похвастаться стабильным попаданием в "призы".

У поляков и словенцев после завоевания медалей чемпионатов мира в результатах наметились явные спады. Венгры — полуфиналисты лондонской Олимпиады — уже давно и хронически далеки от решающих стадий. Про остальных в этом контексте и сказать нечего.

На результаты команд влияют многие факторы. Поляки сдали после смены поколений. И никакие стимулирующие меры эффекта не возымели. В Словении сейчас активно обсуждается целесообразность сохранения во главе сборной Веселина Вуйовича. Причина в том, что команда пропустила последний чемпионат мира и отвратительно провела недавние матчи квалификации чемпионата Европы.

Но в этих случаях, вводя ограничительные меры, чиновники хотя бы искренне желали успеха своей сборной. В примерах с Беларусью и Украиной это выглядит и как издержки противоречий по линии "федерация — клуб-гегемон", и как попытки решения проблем путем ущемления интересов национальных чемпионов.

Глава белорусской федерации Владимир Коноплев не так давно без стеснения и намеков на дипломатию заявил публично, что лимит был якобы неким ассиметричным ответом позиции главного тренера БГК имени Мешкова Сергея Бебешко (лично!), который отказывался делегировать игроков в сборную в сроки, не предусмотренные регламентами ИГФ и ЕГФ.

Кстати, сейчас уже украинского тренера, возглавившего сборную на родине, можно видеть по другую сторону схожей баррикады. Жертвой решения ФГУ стал "Мотор", который сможет заявлять на матчи чемпионата Украины только трех из девяти своих легионеров!

Сергей Бебешко — главный тренер сборной Украины

Кстати, украинцы конфузно сослались на позитивный опыт белорусов — через несколько дней после того, как те свой лимит благополучно аннулировали. Опыт соседей показывает, что в важные отрезки сезона вынужденные пахать за себя и за того иностранного парня лидеры сборной могут банально оказаться не в лучших физических кондициях.

Можно допустить, что эта мера способствует росту мастерства у вторых номеров. Они действительно получат больше времени на площадке. Правда, сразу же можно предположить и неизбежный потолок роста: играть-то придется не с более сильным соперником, а в лучшем случае с сопоставимым по классу.

Допустим также, что подобные стимулирующие действия могут быть отчасти полезными. Но решают-то они все равно довольно узкие проблемы, не затрагивая общего состояния гандбола в той или иной стране.

У нынешних грандов мирового гандбола можно найти много общего. В основе работы их федераций лежат три главных принципа: массовость, национальная система подготовки и создание учебных центров для воспитания юных гандболистов.

Мы вряд ли когда-либо увидим жесткие ограничения на легионеров в Германии, Франции, Дании, Швеции или Хорватии, где построена разветвленная система детских и взрослых лиг. Гандболистов много, и у них предостаточно возможностей играть и развиваться.

Более того, там не останавливаются на достигнутом. Показателен пример Дании, где при отличных результатах постоянно исходят из необходимости дальнейших улучшений в детско-юношеском гандболе.

Лимиты — это не панацея. Они не гарантируют успехов без привязки к полноценной системе подготовки игроков и правильным кадровым решениям. Они могут возыметь сиюминутный эффект и улучшить результаты на международной арене. Но, как мы видим, на длинной дистанции стабильных позитивных результатов они не обеспечивают.

Фото: пресс-служба БГК им. Мешкова, handbalmania.ro, facebook.com/kielcehandball, eurosport.es, xsport.ua.

Главное
Лента новостей
© 2021 Быстрый центр. Все права защищены.
АСК «Виктория»