Правила игры Игоря Папруги. "Главное в науке Мироновича: завтра — снова тренировка"

01 Ноября 2019

Белорусский гандбольный люд по привычке числит его в тренерах молодых. А ведь во главе минского СКА, принятого у Спартака Мироновича, Игорь Папруга начал уже четвертый сезон.

Впрочем, в профессиональный стаж 49-летнего наставника надо непременно заносить добрых два десятка лет работы в ассистентских связках с двумя лучшими тренерами белоруской гандбольной современности — Спартаком Мироновичем и Юрием Шевцовым. Бывший голкипер армейской команды, Игорь Папруга стал у ее руля, пройдя завидные университеты именитых старших коллег. А нынешней весной выиграл первый самостоятельный титул — Кубок Беларуси, оставив без трофея главных конкурентов из Бреста.

— Четвертый сезон во главе большого клуба. Достаточно ли этого срока, чтобы считать себя опытным главным тренером?

— Знаете, каждый их этих сезонов — кусочек тренерской жизни, не такой, как предыдущие. Сначала необходимо было принять команду у Спартака Петровича. Она долго жила по его устоям, от которых нам пришлось отступать. Увеличение нагрузок, предложенное тренером по физподготове Вадимом Сашуриным, давалось игрокам тяжело.

Как только команда к этому привыкла, мы стали массово терять игроков, уезжавших за границу. Приходилось форсировано готовить им замены. И это был уже совсем другой опыт.

Теперешний сезон отличается от предыдущих тем, что в команде появилась большая группа опытных игроков. Вслед за Димой Никуленковым из Бреста к нам перешли Сергей Шилович и Денис Рутенко. Сейчас они очень сильно мотивированы на достижение громких результатов.

Но, не исключено, вскоре предстоит очередное омоложение. То есть каждый сезон обозначает новые правила игры. С ними прирастет и опыт. Однако при всех новых правилах приходится выдерживать генеральную линию.

— В чем она заключается?

— В постоянном поиске и воспитании молодых игроков. Сейчас ситуация необычна еще и значительным перепадом класса внутри команды. Сравните того же Рутенко и Колю Алехина на правом фланге. Или Шиловича и Матвея Удовеню с Богданом Черкащенко на позиции полусреднего-левши. А на месте левого полусреднего необходимо вообще ловить состояние игроков. Сегодня очень уверенно выглядит Юлиан Гирик, завтра у него дела идут неважно — зато выходит на замену Дима Хмельков и забрасывает пять. Такая вот интересная творческая работа.

— Сделалась ли ваша жизнь проще с повышением в тренерском ранге?

— Вместо ответа могу процитировать свою жену: "Ассистентом у Мироновича ты дольше бывал дома". Жизнь усложнилась . Приходится принимать больше решений, касающихся не только игр, но и тренировочного процесса, реабилитации.

— Но, по моим наблюдениям, прежде набор обязанностей у вас был куда шире. Как человеку безотказному и предельно ответственному вам связками навешивали поручений — и в клубе, и в сборной.

— В сборной кое-что и сейчас остается — связанное с игрой, с подготовкой, с режимом, выездами. Но вопросы обеспечение формой, билетами уже ушли. А в клубе ничего подобного вообще не касаюсь.

— Вы упомянули об устоях времен Мироновича, от которых пришлось отказаться. Многое понадобилось ломать?

— Если честно, мы никого и ничего не ломали. Потому что потом сложнее было бы строить. Старались просто разговаривать, убеждать ребят: теперь многое будет по-другому.

Тогда в команде случались внутренние конфликты и недопонимание. При этом талантливые игроки примерно одного возраста бились за места в составе. Со временем они принимали правила игры, с каждым месяцем становилось легче. Научились терпеть нагрузки, перестали бурчать по поводу тренировок, продолжавшихся порой дольше двух часов. Мы шли уже по плану.

— В чем была суть тех изменений?

— За физическую подготовку стал отвечать Сашурин. Вадим — знаменитый белорусский биатлонист. Думаю, он лучше всех нас, гандболистов, знает, как раскрыть функциональные резервы организма. До этого мы работали по давним шаблонам. Он подключил постоянный анализ данных биохимии. Мы наглядно видим, как организмы реагируют на нагрузки, как игроки развиваются.

Здесь мы заметно продвинулись вперед. Нашими наработками заинтересовались коллеги из "Мотора", эти вопросы с интересом обсуждал с нами Талант Дуйшебаев. То есть тема актуальна для клубов европейского уровня.

— А новации в технико-тактических аспектах?

— В белорусском гандболе были и есть неплохо обученные игроки. Как примеры — игравшие в России Женя Семенов, Сергей Говша, Дима Чистобаев. Но они никак не могли найти себя в системах сборной. У них не было нужной для этого свободы действий в клубах.

Мы приняли в СКА концепцию, которая помогла бы решить эту проблему. У всех европейских команд есть набор определенных игровых схем. Но успех они приносят, будучи дополненными индивидуальным мастерством игроков.

Важно уметь получать преимущество перед защитником, использовать разреженное пространство в зоне атаки. Такой гандбол проповедует в белорусской сборной Юрий Шевцов. А моя задача и цель — воспитывать индивидуально сильных игроков для сборной.

Естественно, параллельно приходилось играть на достижение результата. Сначала не все понимали, чего от них хотят. Потом появились первые маленькие победы. Нашу сторону взяли опытные игроки, которые стали наставлять молодежь: мол, у нас тоже не все получалось сразу, но потом мы убедились, что тренеры все делают правильно.

Теперь у нас живой коллектив. Каждый понимает, что получит шанс отличиться в атаке. Каждый знает в ней свою роль. Одновременно мы многое меняли и разнообразили в обороне. В первый мой год подбор защитников был хорош для схемы 6-0. Постепенно осваивали активные варианты 5-1 и 3-3.

— Ваша работа в клубе и сборной не порождает порой конфликт интересов?

— Здесь другое. Возникает ощущение упущенного времени. Когда отлучаешься в сборную, по определению недорабатываешь в клубе.

— Это понятно. Но возможна ведь и прямо конфликтная ситуация. Допустим, у вашего СКА на носу важный еврокубковый матч. А перед ним — неделя сборной, куда Шевцов вызывает половину вашей команды и сажает игроков на рабочие режимы, после которых те едва переставляют ноги...

— Ха, здесь конфликт, наоборот, в том, что в сборной, как я считаю, нагрузки ниже, чем в клубе. И в этом вообще-то ее резерв.

— Говорите об этом главному тренеру?

— Конечно. Он парирует, что у него нет времени заниматься "физикой". Скажем, в недавнюю "неделю сборных" уместились лишь шесть тренировок и два спарринга с литовцами, а следующий этап подготовки к чемпионату Европы начнется только 20 декабря. Функциональное состояние игроков в разгар сезона — забота клубов. Поэтому если в описанной ситуации и есть противоречие, то оно иной направленности и менее острое.

— Вы действительно считаете подготовку игроков для сборной Беларуси своей приоритетной задачей в клубе?

— В смысле спортивном мы тоже хотим выигрывать все, как хотят этого и в Бресте. Но если рассматривать ситуацию исторически, то БГК и СКА — это давно команды разных уровней по подбору игроков.

В Бресте заглавные роли всегда исполняли легионеры. Такая разница в мастерстве и силе закрепилась в мозгах гандболистов, и это тоже мешало нам сокращать дистанцию. Помню, как точно подметил этот нюанс в одном из интервью вам тренировавший тогда мешковцев Сергей Бебешко.

Потом в СКА выросли и окрепли Влад Кулеш и Артем Королек, другие ребята этой генерации. Был удачный позапрошлый сезон, когда мы шли к финишу фактически вровень, но наши шансы на титул резко уменьшила травма Кулеша.

А потом из СКА снова ушла группа игроков. Снова получились две неравные команды. Но даже при этом мы смогли выиграть Кубок прошлой весной.

Сейчас команда смотрится по-новому. Мы заметно усилились. Пока лишь теми, кто не подошел БГК. И все равно это СКА с другой мотивацией. Игроки впервые сами попросили поставить задачей сезона выигрыш титула. И, пожалуй, мы можем говорить, что впервые за долгое время по опыту и силе у нас приблизительно равные с брестчанами составы.

— При этом СКА обходится практически без легионеров. Это заявлено чуть ли не как принципиальная клубная концепция. Вы ее разделяете? Или принимаете как неизбежное правило, усложнившее игру?

— В белорусских экономических условиях такой клуб — это, возможно, единственный вариант избежать провала на уровне сборных. Предлагаете на два-три года закрыть проблемные позиции в составе средними легионерами, отодвинув белорусов, что регулярно происходит в Бресте? Там ведь уже открыто признают, что заполучить настоящих звезд им не под силу...

Но не будем про БГК, вы ведь спросили про СКА. Пожалуй, у нас есть два пути. Первый: обучать и планомерно растить своих звездочек. Второй, если мы хотим выиграть что-то побыстрее: действовать как Талант в "Виве", то есть покупать молодых звезд и целенаправленно развивать до топ-уровня.

Но, повторюсь, в теперешних экономических реалиях мы никого не сможем здесь удержать. Смотрите, даже из "Виве" сейчас из-за проблем с финансированием уходят лучшие — Циндрич, Янц.

Поэтому теперешняя наша модель работы с молодыми белорусами — это возможность сохранять у них мотивацию, на два-три года обеспечивать рост их мастерства у нас в клубе и стараться за счет этого давать результат. Мой профессиональный интерес здесь очевиден: развитие игроков и постоянная подпитка национальной сборной.

— Но ведь и громких титулов, наверное, хочется...

— На международной арене за последнее время у белорусского гандбола титул был лишь один. Это когда тот же СКА в 13-м году собрал неплохих белорусов и выиграл пусть и скромный, но трофей — Кубок вызова. Обошлись же тогда своими!

— Принято считать, что сегодня в Европе доминирует испанская тренерская школа. За год с небольшим прямой конкуренции с коллегами-испанцами вы составили представление, что это вообще за явление в вашем ремесле?

— Мне кажется, вся суть здесь в максимально быстрых решениях на площадке. Хотя, когда слушал рассуждения по этому поводу Маноло Каденаса, ловил себя на мысли, что этот испанец — верный приверженец школы белорусской, основанной Мироновичем.

Ведь речь была о хорошо знакомых нам игровых приемах. Это острые ходы при взаимодействиях с линейным, быстрые "скресты", которые разрывают защиту.

Но, какой бы ни была игровая система, реализация любой зависит от индивидуального мастерства игроков. Никто из испанцев ничего не выиграет с командами среднего уровня. Под любую систему для побед надо набрать высококлассных умельцев.

— Неизбежный вопрос. С кем из брестских рулевых оказалось сложнее соперничать? С Бебешко, Каденасом, Раулем Алонсо?

— Начнем с того, что в каждом случае разными были ситуации в моей команде. Но, если от этого абстрагироваться и говорить только о сопернике, то команда Бебешко была более предсказуема в игровом плане. Однако она была предельно сконцентрирована на достижении результата. На уровне мотивации и эмоций тренер выдавливал из нее максимум.

Каденас, мне кажется, был заложником того, что его не вполне понимали, там не хватало доверия лидерам. Когда мы готовились к матчам против такого БГК, то разбирали не столько тактику соперника как таковую, сколько особенности действий и поведения игроков в тяжелых ситуациях, когда они сбивались на индивидуальную игру.

Пример удачного такого соперничества — кубковый финал, хотя он игрался уже после отставки Каденаса. А давать оценки Алонсо еще рано. Ясно, что у него продолжается выбор игроков и сочетаний, игра в процессе становления.

— Можно называть вас учеником Мироновича?

— Для меня было бы честью, если бы так сказал обо мне сам Спартак Петрович.

— Что из его науки для вас самое полезное и востребованное сегодня?

— Первое — никогда не опускать руки. Даже после самых тяжелых поражений наступает завтра. И там снова тренировка, когда ты идешь к команде, намечаешь новые цели, ставишь задачи.

Второе — постоянная работа. В любом матче, как бы он ни складывался, остаются игроки, которые были задействованы мало. Это предполагает последующее варьирование нагрузок. Важно, чтобы в мастерстве постоянно прибавляли даже те, кто играет меньше.

А третье — просто житейская мудрость во взаимоотношениях с игроками, в управлении коллективом. Достаточно было просто за этим следить и учиться умению избегать конфликтов, находить выходы из сложных ситуаций.

— Как Миронович встретил ваше назначение на его место?

— Могу только догадываться. Для него в этой команде прошла вся жизнь. В ней было много успехов. Наверное, он переживал, как бы мы не растеряли то, что он создал. Думаю, он с тревогой ждал, как пойдут у нас дела.

— Много слышали потом от него советов, критики, похвал?

— Наверное, все это еще впереди. Спартак Петрович позвонил мне лишь раз — поздравил после победы в Кубке. Наверное, пока он пристально за нами наблюдает. Но, конечно, для меня был бы важен и интересен его авторитетный взгляд на нашу работу со стороны: где недорабатываем, что можно улучшить.

— Как возникла идея сотрудничества с Вадимом Сашуриным?

— Думаю, это заслуга бывшего директора клуба Павла Галкина. Начало было еще до моего назначения. Весной Вадима пригласили на нашу тренировку. Он посмотрел занятие, провел биохимическое обследование игроков, сделал затем оценку их физиологического состояния. Дал рекомендации изменений в работе, необходимых для выхода на более высокий уровень. Затем все на время затихло. А когда делали предложение мне, поинтересовались мнением касательно включения в штаб Сашурина. Я сказал, что это очень интересно.

— И без ревности? Под чужой контроль отдавалась значительная и важнейшая часть тренерской работы.

— У нас сразу сложились очень доверительные отношения. Постоянный контакт, обсуждения, споры, готовность поступиться чем-то на своем участке ответственности исходя из насущных потребностей подготовки. Перед каждым микроциклом или тренировкой тщательно соотносим свои желания и намерения, приходя к согласию.

— Много "добрых" слов услышали вы с Вадимом касательно перелома руки у Кулеша после его эпичного падения с велосипеда?

— По этому поводу говорю так: да, лежа на диване, Влад не травмировался бы. Но и теперешним Кулешом он тоже не стал бы. Это жизнь. И ее правда состоит в том, что наша работа, особенно с молодежью при высокой конкуренции, выстроена на факторах риска.

За три дня до важной игры мы отлично потрудились на воздухе. И после этого предложили ребятам работу, после которой их состояние должно было стать идеальным. Но где-то совсем наверху решили, что нам рано становиться чемпионами. И Влад Кулеш упал с велосипеда.

Это и Владу наука. Он хороший игрок и человек. Но бывает порой немного расхлябанным. На мгновение отвлекся от дороги, потерял концентрацию. Он ведь потом и у Таланта в "Виве" неосторожно наступил на мяч и продлил простой еще на три месяца...

— Вас не смущает формат СКА как транзитного пункта в биографиях белорусских звездочек: Кулеша, Артема Королька, Саши Подшивалова, Вадима Гайдученко?..

— Лет пять или шесть назад никто и помыслить не мог, что в СКА будут приходить опытные игроки, поигравшие в Лиге чемпионов. Держим в мыслях, что когда-то и названным вами ребятам надо будет продлить карьеры. И кто знает, не захотят ли они тогда вернуться на родной "транзитный пункт"? И мы поработаем вместе снова. Или вдруг со временем у СКА появится экономическая возможность формировать состав, исходя из желаний, а не из ограниченных средств.

— Можно говорить о подготовленных в клубе легионерах как о сложившихся личностях, сопоставимых в яркости со звездами славного минского СКА, с которыми довелось поиграть вам?

— К примеру, рядом с Александром Каршакевичем и Юрием Шевцовым я впервые оказался, когда им было по 27-28 лет. Они стали уже сформировавшимися личностями со звездным багажом успехов и неудач. Парням, о которых вы спросили, сейчас 23-24 года. Их еще рано оценивать теми же мерками.

Но вижу, как год-два игры за границей меняют людей — в отношении к профессии, в житейской закалке. В сборную они приезжают заметно изменившись.

У каждого есть яркие качества. Королек — боец, стремящийся всех переиграть и перехитрить на площадке. Кулеш — талант, раскрытый пока процентов на пятьдесят. По моим представлениям, потенциал Влада выше, чем был у Карабатича. Подшивалов... Саша в "Миндене" сейчас застопорился. Но это игрок, который может один решать исход матча.

— Самый трудный из учеников?

— Артур Карвацкий.

— Он играет сейчас в Греции. Допускаете, что еще поработаете со своим бобруйским земляком?

— Почему нет? Но это зависит прежде всего от него. Надеюсь, Артур станет взрослым и многое важное поймет. В детстве у одаренного парня не сформировали правильного восприятия команды и своей в ней роли. Он всегда был на особом счету. И на него возлагалось больше того, к чему он был ментально готов.

— Самое значимое для вас в сотрудничестве с Шевцовым?

— Уровень. Мне было, наверное, не суждено дойти одному туда, куда мы взошли вместе с Юрием. Это семь-восемь лет в гуще современных тенденций игры, ценнейший опыт подготовки к топ-событиям, изучения сильных и слабых сторон очень сильных соперников.

— А что во взаимодействии с Юрием самое сложное?

— Ничего такого, пожалуй, и нет. От меня требуются выполнение поставленных задач плюс проявление своей инициативы.

— Переключение с первой роли в клубе на вторую в сборной — это не проблема?

— В сборной у меня совсем другая специфика работы. Полная свобода только подготовке вратарей. Не скажу, что глубоко влезаю в тактику. Здесь первое слово за главным тренером.

Но, допустим, сейчас мы много говорим и спорим о построении обороны. У нас есть защитники, антропометрия которых очень хороша для продуктивных взаимодействий с вратарем. Когда они научатся думать друг за друга, возникнет максимальная степень доверия, мы в каждом матче будем иметь дополнительно по паре-тройке отбитых мячей. Главный тренер смотрит на новую концепцию обороны с позиций игрока, я стараюсь добавить к этому взгляд из ворот.

— Вы многим удивили и впечатлили в недавнем спарринге с литовцами.

— Да, прежде у сборной было немного игр с такой концентрацией всех и каждого на площадке и на скамейке с первой до последней минуты. Никто не изменил отношения к игре даже при большом разрыве в мячах. Только так выигрываются важные и большие матчи. Это изменения игровой философии, к которым мы стремимся.

— О чем подумалось, когда на недавней жеребьевке Кубка ЕГФ вы нарвались на "Райн Левен"?

— Ха, что у нас есть шанс показать себя. Понятно, насколько плохо еще осенью потерять международный календарь. Когда команда неделями живет еврокубком, идет от игры к игре, проще держать ее в тонусе. Когда этого не станет, можно застрять в рутине. Это самое плохое, что может с нами случиться.

— Ну, "львам" вы ведь еще не проиграли.

— Да. Но огорчает, что немцы передвинули повторный матч с выходных на середину недели. Причем в ЕГФ отказались принимать во внимание наше законное несогласие. Это критично сокращает сроки подготовки к выездной игре. Испытание будет трудным.

Фото: pressball.by, Александр Добриян.


Теги: игорь папруга | интервью | ска |

Автор:  Сергей Новиков
Турниры:  Чемпионат Беларуси (мужчины)
Только авторизованные пользователи могут добавлять комментарии.

Лента новостей

#чемпионатмира2018