Актёр Ян Цапник: "Первый тренер и "Полёт" со мной на всю жизнь. Особенно вспоминаю этот запах зала, мяча…"

Актёра Яна Цапника мы знаем по многочисленной галерее разноплановых образов. "Горько!", "Физрук", "Полярный", "Шаляпин", "Баба Яга спасает мир", "Метод"… А ранее — "Убойная сила", "Бригада" и многое другое, всего — более 200 работ в кино и на театральной сцене.

Но была в биографии актёра ещё и страница гандбольная. И возможно, одна из самых важных. Потому что Яну повезло: в его судьбе был замечательный первый тренер.

Он показал на меня пальцем и сказал: "Вот этот мальчик пойдёт к нам, в спортивный спецкласс"

— Во всех ваших биографиях пишут, что учились на повара, хотели стать лётчиком и почти профессионально занимались гандболом. Поваром — понятно, лётчиком — тоже, а как появился ручной мяч? Чем он привлёк вас?

— Не я выбирал, меня выбрали. Когда учился в школе, на урок физкультуры пришёл мой будущий тренер Николай Фёдорович Власов. Тогда как раз отбирали кандидатов, чтобы делать гандбольный спецкласс. Так я попал в челябинскую команду "Полёт".

— Челябинскую? В интернете читала, что родились вы в Иркутске.

— Наша семья переехала из Иркутска в Челябинск, когда мне было полтора года. Мама была спортсменкой, папа — актёром. Ему предложили работу в челябинском театре. Поэтому всё сознательное детство прошло в Челябинске.

Начинал я учиться в школе № 80, а окончил школу № 11 (она сейчас стала лицеем). Там и был специализированный класс по гандболу. Тренер показал на меня пальцем и сказал: "Вот этот мальчик пойдёт к нам, в спортивный спецкласс".

— И сразу определил вам позицию?

— Да, довольно быстро. Понятно, что высокорослого поставят в центр. А я хорошо бегал и играл на левом краю. Николай Фёдорович — очень опытный тренер, профессионал. Он сразу понимал, кто будет полезен в центре, кто на правом краю, кто — на левом.

— Бунтовали? Когда ставят на край, игра часто проходит мимо тебя.

— В гандболе и игровых видах спорта прежде всего важна команда. Это же не легкоатлет, который бежит 800 или 1500 метров, ну или 5 километров, и он сам себе центр мира. В гандболе ты в команде, ты зависишь от всех, и все зависят от тебя. Так что занимаешь позицию, где необходим и без тебя не обойтись.

Нет ничего хуже, чем играть там, где не твоё место, там, куда ты не подходишь ни ростом, ни силой броска. Наш тренер Николай Фёдорович всегда это видел и ставил каждого туда, где он приносил максимальную пользу для команды. Может быть, это был один из тех главных уроков, который я вынес из гандбола. 

С нами мог совладать только наш тренер

— Вы уже несколько раз упоминали вашего первого тренера. Расскажите о нём. 

— Это мой первый и последний тренер, потому что других больше не было. Давайте ещё раз назову его имя: Николай Фёдорович Власов. Он не только прекрасный психолог, но ещё и потрясающий человек. Именно он привил нам, пацанам в команде, правильное отношение к спорту и людям, взгляд на мир, чувство справедливости, достоинства, гордость по отношению к гандболу. Он был для нас ориентиром, путеводной звездой, маяком. Все мы хотели быть похожими на него — так же жить с высоко поднятой головой.

— Признайтесь, ведь и наказания были, и нарушения режима?

— Не было страшнее наказания, чем сесть на скамейку запасных. Он мог наказать так в самых тяжёлых случаях. Понятное дело, все были разгильдяи. С нами мог совладать только наш тренер. Мы его безмерно уважали и любили.

— Уходите от вопроса о режиме…

— Ну как без этого? Бегали на сборках к легкоатлеткам. Николай Фёдорович вовремя ловил. В итоге кто-то спит, а мы отжимаемся, шины перекатываем. И так до утра… Потом поспишь — и на тренировку.

В общем, наш тренер умел управлять процессом. А ведь ему было около 30 лет или чуть больше. Наверняка он чем-то жертвовал ради нас. Только сейчас понимаю, насколько Николай Фёдорович мудрый человек.

Он, кстати, научил нас… мыться. Может, кому-то это покажется даже смешным, но вы представьте — спортивный спецкласс. Минимум по две тренировки в день. Попробуй тут не помойся и носочки не постирай — будешь, как свежий ветер. Над тобой станет вся команда смеяться. А вот Николай Фёдорович научил нас и таким бытовым навыкам. Потом пригодилось мне и в армии, и в экспедициях. Зачем нужен солдат, который гниёт? Или если студент не моется и ходит весь в чирьях?

После съёмок, бывало, приползёшь — отмоешься, постираешь всё, развесишь на батарее. И не так важно, во сколько ты пришёл, хоть в 6 утра. Поспал два часа — вещи уже сухие. И это всё закладывал в нас тренер.

Вячеслав Мешков о челябинском гандболе: "О нашей команде писали "команда с уральским характером". Это лучшая характеристика"

— Действительно, настоящая школа жизни.

— Но, пожалуй, самое главное, чему он нас научил — никогда ничего откладывать на следующий раз. Потому что всё имеет свойство накапливаться и забываться.

Получилась не липучка, а "скользючка"

— Ваша взрослая гандбольная карьера так и не началась. Тут информация разнится — помешала игровая травма или солнечный удар на тренировке. Что же произошло на самом деле?

— Да, во время кросса был солнечный удар. И на выпускном я был в "сумеречном" состоянии, потому что температура штырила, а голова кружилась без всякого шампанского. Помню, в тот вечер я пришёл домой ни жив ни мёртв, оставалось только отлёживаться.

Конечно, случались и травмы: кто-то палец вывихнет, надкостницу повредит, у кого-то с коленом проблемы. Так было и у меня, и у всех. Но мою дальнейшую судьбу определило не это. Просто моя жизнь с младенчества проходила в драматическом театре имени Самуила Цвиллинга, потом он носил имя Наума Орлова.

По сути, мой путь был предначертан. Мне было интереснее связать свою жизнь с театром. Так что я отправился поступать в театральный институт в Свердловске.

— Совмещать даже как любитель никак не получалось?

— Если в военных училищах и других вузах, где учат нормальных людей, а не безумных артистов, существовали футбольные команды, гандбольные, то в театральном — какой гандбол?..

Нам и вздохнуть иной раз был некогда: этюды, сценическая речь, танец, фехтование… В общем, полный дурдом!

Мы репетировали по ночам. После такого уже не до спорта. Поспать бы часок да поесть! Но и время было голодное, и спали часто прямо в институте. В кино же ненормированный рабочий день. Смена может длиться и 12, и 15 часов… Так что солнечный удар и травмы — ни при чём. Главное, я с детских лет играл в театре. 

— Гандбол как профессия тоже не рассматривался?

— Я действительно в разное время хотел быть космонавтом, лётчиком. Даже успел поработать поваром. Никогда не любил математику, но очень много читал. Это меня всегда спасало. В свободное время читал всё: от "Истории создания русского миномёта" до "Будденброков" Томаса Манна. Читал запоем!

Я и не представлял, что из-за гандбола можно поступить в технический вуз. Например, в МАИ, где была замечательная гандбольная команда. Нет, театр и гандбол мне нравились всегда, но театр, разумеется, пересилил. Ведь спорт в жизни, согласитесь, не вечен. Такие мастера, как Николай Фёдорович, рождаются редко. Он не просто хороший игрок, а ещё и замечательный наставник. Поэтому как бы жалко ни было расставаться с гандболом, нужно идти дальше.

— И никогда не оглядываться? 

— Иногда, бывает, натыкаюсь на телетрансляцию какого-то гандбольного матча. Сделаю погромче, посмотрю минут 20 и думаю: "Как красиво играют, фантастически!" Да, ностальгия есть… Особенно вспоминаю этот запах зала, мяча…

— Липучку?

— Да! Это был чудовищный дефицит! Мы пытались делать её сами, но однажды такой ерунды намешали, что получилась не липучка, а "скользючка". У всех, кто намазал руки, мяч в итоге выскальзывал! Были наколенники, налокотники немецкие. Как сейчас помню… Больше того, нам ещё выдавали талоны в ресторан.

— Даже так?

— Конечно! Потом мне Николай Фёдорович ещё форму подарил. Так приятно! Но как сложилось, так сложилось. Считаю, в жизни есть правильный закон: всегда надо вовремя останавливаться. Нужно было выбирать. Иначе не был бы сейчас ни в гандболе, ни в театре.

Тем более ручной мяч в моей душе уже есть, и его никто не отнимет. Николай Фёдорович останется со мной навсегда. И моя команда "Полёт" — на всю жизнь!

Когда показали развалины "Полёта", я чуть не заплакал

— И ведь название какое вдохновляющее.

— Знаю, команду потом переименовали в "Динамо". С ума сошли совсем!

Я вот запомнил, как мы в 1984 году обыграли москвичей в их же столичном спорткомплексе. Разгромили по полной! Как раз наш 68-й год приезжал.

Они были очень удивлены, потому что считали себя самыми крутыми тогда. А мы приехали из Челябинска. Помню, ещё в аэропорту покупали по 20 копеек "Фанту" в автомате и шоколадные конфеты. Мало того что разнесли в пух и прах их команду по своему возрасту, так ещё и с гостинцами вернулись…

А у них — новое покрытие в зале суперское, блестящее. И одеты они были круче, чем мы. Зал большущий, с трибуной сверху! А мы разгром им устроили. Со страху или что, но мы завелись и вели в счёте с самого начала и до конца. 

— Поддерживаете сейчас отношения с тренером?

— Не поверите, телефоны друг друга нашли буквально год назад, в феврале 2025 года. Мы с семьёй отдыхали в Таиланде и случайно встретились там с Сергеем, фамилию не помню, из омского "Скифа". Ко мне подошёл человек высокого роста и говорит: "Здравствуй. Помнишь меня? Мы с тобой играли в гандбол. Я из омской команды". 

Вот это да!  Как раз он и дал мне телефон Николая Фёдоровича. Я тут же позвонил ему, и с тех пор мы общаемся часто. Не так давно виделись в Челябинске, когда у моей мамы был юбилей. Николай Фёдорович приходил вместе с женой. Замечательно провели время. Он продолжает оставаться в профессии, возглавлял детско-юношескую спортивную школу.

— Но уже не "Полёт"?

— Спорткомплекс "Полёт" снесли до основания, ничего не осталось. Наверное, в очередной раз кто-то захотел что-то построить на этом месте. Жаль, что всегда сносят те, кто не строил, не потел и не трудился над этим.

Когда мне показали развалины "Полёта", я чуть не заплакал. Там было всё: шикарный бассейн с вышками, отличный спортзал с уникальным покрытием, тренажёрные залы.

Больше того, там же находился шахматный клуб, где воспитывали будущих чемпионов. У них было небольшое отверстие в стекле, для вентиляции, а мы, гандболисты, иногда шутили и умудрялись с 5 метров запульнуть в эту дырочку снежки. Такой вот подарок шахматистам от нас, хулиганов!

Не знаю, почему наш зал снесли, с чем это связано. Но что поделать… Как сказали древние: фарш в мясорубке обратно не провернёшь. Остаётся только верить и надеяться на лучшее.

В кино хотел бы сыграть роль своего тренера

— Продолжилась ли гандбольная история у кого-то из тех, с кем вам довелось играть?

— Да, например, у нашего вратаря Серёжи Тимакова. Около года назад мы снова встретились. Он живёт сейчас в Германии, приезжал ненадолго в Петербург. Мы иногда с ним созваниваемся. Может, пересечёмся, когда он опять приедет в Россию.

Многих разбросало по всему миру. Ещё один из тех, кого помню, выступал впоследствии за эстонскую команду, а сейчас работает директором театра. Мой хороший знакомый, режиссёр Эльмо Нюганен, ставил у нас спектакли, когда я служил ещё в БДТ (Большой драматический театр имени Г.А. Товстоногова — БЦ). И в разговоре как-то прозвучало, что его театр в Эстонии возглавляет игрок местной гандбольной команды, с которым я несколько раз пересекался на разных всесоюзных турнирах.

— Удаётся ли хоть немного следить за современными гандбольными событиями?

— У меня кумир, как вы поняли, только один. Хотя, когда были маленькими, мы ходили на матчи, брали автографы у игроков того времени. Это было. Но сейчас наш вид спорта изменился: он теперь более скоростной, но при этом не такой вдумчивый, как раньше, менее техничный. Всё меняется в этом мире — принимаем мы это или нет. 

— Если пофантазировать… В галерее образов, которые вы воплощаете на театральной сцене и в кино, есть и учителя, и военные, и журналисты. Хотели бы вы сыграть в фильме о гандболе? 

— С удовольствием сыграл бы своего любимого тренера. Я не очень похож на него внешне, но поступки и действия с радостью передал бы. 

Есть люди от дьявола и есть — от Бога. Николай Фёдорович — тренер от Бога, святой человек. Это редкость, когда человек умеет не просто объединить, а передать всё хорошее и заложить основы для развития!

Фото: личный архив Яна Цапника, РИА, ДомКино, ГТРК, Окко