Татьяна Ализар: "К Акопяну пришла седьмым вратарем"

20 января 2019

Она играла в Словении, Турции и Испании, брала титулы и медали на топ-турнирах, работала с Акопяном, Трефиловым и Мартином... И вот рассказывает об этом БЦ.

Так бывает: живешь и не подозреваешь, что едва ли не каждый день сталкиваешься с будущей звездой планетарного масштаба. Учишься с Татьяной Ализар в одной волгоградской школе. И только спустя уже много лет соображаешь, что девушка из спального района, на окраине которого стоят загибающиеся заводы (ныне — успешно загнувшиеся), и прославленная российская стражница ворот — один и тот же человек.

А сейчас еще и старший преподаватель — пожалуй, не очень-то стандартная роль для бывшей гандболистки. Завершив игровую карьеру, Татьяна некоторое время тренировала молодых вратарей родного волгоградского "Динамо-2", но со временем полностью переключилась на работу в академии физической культуры.

"Наука — это громко сказано"

— На мне, можно сказать, "тыл" подготовки. Работаю c гандболистами-студентами над психологией, даю какие-то наставления на основе собственной практики. Ну и теория — анализ матчей.

Материала достаточно, но ориентируемся, конечно, на игру гандболистов сборных. Это сегодня доступно: много показывали женский чемпионат Европы, теперь — мужской "мир". Все можно посмотреть, какие-то новшества отметить.

— Вы занимаетесь и наукой (в 2010 году Татьяна Ализар защитила кандидатскую диссертацию по теме "Индивидуализация подготовки гандболисток-вратарей высокой квалификации" — прим. БЦ). По мнению многих, современные методики — это то, с чем сейчас есть проблемы в российском гандболе.

— Наука — это громко сказано. В нашем городе до нее далеко. Нас не подпускают к сборным командам, там для этого есть свои люди. Вот где должна быть наука. В своей деятельности мы можем только проанализировать доступный нам материал, никаких новых методик не придумываем. Да и есть же такая поговорка: все новое — это хорошо забытое старое.

Раз в несколько лет приходят новые требования из Москвы, корректируем учебные программы под стандарты. А наука — это дело более глубокое.

Своих студентов я стараюсь научить анализировать собственную работу. Статистические показатели, к примеру. Они должны уметь с головой подходить к тому, что делают, начиная с распорядка своего дня. Чем питаться и сколько спать — это им знать тоже надо.

— В российском спорте с этим сложности?

— Просто иногда, чтобы не забивать головы подобными вопросами, тренер и руководство команд решают все это сами.

— И все-таки: почему преподаватель, а не тренер?

— Ну, тренером я по-прежнему остаюсь, в том числе и во ВГАФКе. А в "Динамо" и мне самой было интересно, и девчонкам. Иногда они не знают, что им делать, а свой человек располагает к работе. При встрече с ними разбираем игровые и тренировочные моменты, по возможности прихожу на тренировки. К сожалению, не могу уделить этому больше времени.

"На первую тренировку пришла, на вторую — приползла"

— Сейчас в команды Суперлиги приходят довольно рано, игроки с юных лет на слуху. А у нас в школе никто особо и не знал, что Татьяна Ализар играет в гандбол, и играет хорошо.

— Директор знал, конечно. Ведь периодически уезжала на соревнования. Я начала заниматься довольно поздно, только в седьмом классе. В младшие сборные страны не попадала, фактически работала на любительском уровне. Так что и пафоса какого-то не было.

Правда, когда мы привезли с какого-то турнира золото по своему возрасту, директор сказал: ты обязательно должна выйти на линейку с кубком и медалью.

А по части профилактики звездной болезни очень хорошую работу проводил Левон Оганесович Акопян, как только мы приезжали домой после выступлений за сборную России. Быстро возвращал нас в реальность.

— Дзержинский район — не самое спортивное место в Волгограде…

— Не соглашусь. У нас хороший район, и было где тренироваться. На самом деле за мной долго следили, причем обратили внимание еще до того, как попала в гандбол. Физические данные для занятий спортом были неплохими.

Родителям предлагали отдать меня в баскетбол, плавание или водное поло. Однако окончила музыкальную школу и задумалась о том, что дальше.

— Мыслей о карьере в искусстве не было?

— В консерваторию поступать даже не думала. С нетерпением ждала, когда с "музыкалкой" все закончится. Сам процесс обучения стал сильно раздражать. Играла на фортепиано, инструмент был и у нас дома. Несколько лет назад предложила маме: давай отдадим его. Кому угодно, лишь бы пользу и радость приносил. Женщина одна забрала. Сначала не могла поверить, что я с таким сокровищем расстаюсь.

— От музыки до гандбола дистанция большая.

— Все просто. Жена моего первого тренера, Владимира Федоровича Чивикова, работала с мамой на моторном заводе. И они давно держали меня на карандаше. Пришла на первую тренировку, очень понравилось. Так и осталась, хотя мне в первый же день попали в лицо.

Чивиков привил нам любовь к гандболу. К сожалению, сейчас у детей ее как таковой нет. Их всегда куда-то подгоняют. А у нас была именно любовь. Тренировались не так часто, как хотелось. Занимались четыре раза в неделю, с большим удовольствием бежали на занятия. И победы мы тоже добывали с любовью. Звезды с неба не сыпались, но были чемпионками России среди учащихся.

"Ротор" — тогда команда в Волгограде называлась так — гремел не только в России. Очень хорошая была база, все благодаря Левону Оганесовичу. В его распоряжении были двадцать игроков основного состава и столько же дублеров. Так что мы были на очень далекую перспективу.

К Акопяну я пришла седьмым вратарем. В основе тогда играли три голкипера: Марина Хаткова, Стелла Вартанян и Ирина Жабко. Здесь никаких вопросов не возникало. Во втором составе тоже были сильные девочки. Но меня сразу заявили в дубль, а через два-три года начала ездить с основой.

— Это был…

— ...1995 год, сразу после окончания школы. Немножко успела захватить роторовскую зарплату. Буквально несколько месяцев. Хотя не такие уж и большие это суммы, если разобраться. Потом начались финансовые трудности, но это совсем другая история.

Не стояло такой цели — заработать. Спокойно к деньгам относились. Мы же все домашние девочки, не имели проблем с проживанием, питанием. Это сейчас из других городов приглашают игроков, и все эти вопросы есть, конечно. Плюс родители далеко.

— Девичья и профессиональная команды — небо и земля?

— Это две большие разницы, как говорится. На первую тренировку к Акопяну я пришла, на вторую — приползла. Нагрузки выросли, наверное, процентов на пятьдесят. В "Роторе" нас, юниорок, приняли очень хорошо.

Левон Оганесович всегда любил молодежь, свежую кровь. Очень дружелюбная атмосфера в команде была, хотя мы поначалу пугались. Никакой дедовщины, старшие всегда поддерживали. Конечно, возникали и какие-то рабочие моменты, и тогда подсказки нам давали, скажем так, в твердой форме.

— Насколько сложно было выиграть конкуренцию у тогдашних звезд вратарской линии?

— Никогда не задумывалась о том, чтобы быть именно первым вратарем. Просто я в жизни приучена все делать хорошо. Это и характер, и воспитание. Всегда была максималисткой, может, даже чересчур.

Так что никогда не ставила цели выиграть какую-то там конкуренцию. Как-то само собой получилось выйти на первые позиции. Испытывала удовольствие от тренировочного процесса, от игры и отбитых мячей. Более опытные девочки все знания и мастерство передавали младшим.

И я так же поступала потом. К примеру, когда к нам пришла Анна Седойкина. Все, что знала, старалась ей рассказать, показать. Такая вот методика, проверенная на практике. Сейчас же в командах есть тренеры для индивидуальной подготовки вратарей.

— В "Роторе", а позже в "Акве" и "Динамо" такого тренера тоже ведь не было.

— Не было. Мне много дали старшие девочки-вратари. Была такая система: ставят в пару, и ты занимаешься совместно. С той же Аней Седойкиной мы вместе разминались, делали упражнения и готовились к играм. Не то чтобы я ее учила — подтягивала до определенного уровня.

— Седойкина оставалась вторым номером до самого вашего отъезда в Словению.

— Не совсем так. Как только стало очевидно, что Аня полностью готова и в психологическом, и в игровом плане, никто не держал ее на лавке, выходила с первых минут. Знаете, некоторые вратари не выдерживают конкуренции, у меня же с этим проблем не возникало. Повторюсь: не было такого понятия — первый или второй вратарь. Помогаешь команде, готова — играй. У Евгения Трефилова вот тоже так. Кто готов, тот и идет в бой.

"Вы что, в восемь утра уже тренируетесь?"

— Оба золота чемпионатов мира вы завоевали именно под началом Трефилова.

— В 1999 году ему пришлось, по сути, создавать новую команду. Для начала мы и в гостях, и дома обыграли испанок, завоевали путевку на чемпионат Европы. В Румынии обновленная сборная России и начала свое шествие, взяв бронзу. Спустя год в Италии одолели всех на "мире", а в 2005 году взяли золото дома, в Санкт-Петербурге. Понятно, были у нас и взлеты, и падения.

На домашнем чемпионате мира перед родными болельщиками не имели права проиграть. У нас такого масштабного события не было никогда. Выкладывались по полной, было бешеное желание взять золото! И вот на этом желании победили. Да и силы были, чего уж там. Возникали какие-то трудности, но о них забывали, ступив на площадку. Потом уже "замазывали" эти проблемные места.

— Сложно вам было с Евгением Васильевичем?

— Наверное, лучше у него спросить, насколько сложно пришлось с нами. Мы ведь все такие интересные были, да и он моложе, амбициознее. Хотя Трефилов и сейчас максималист. Хочет всегда побеждать, хочет, чтобы у него играли только лучшие гандболистки. Такого, конечно не бывает.

Он же тренер сборной, ему нелегко — туда приезжают лидеры клубов, звезды. И вот здесь важно не потерять авторитет среди девушек с характером. Ну и нужно суметь сделать, наверное, таких звезд путеводными.

А сложности с нами имелись. Но у него была практика становления команды еще со времен волгоградской "Россиянки". Там тоже играли гандболистки из разных городов. Так что в сборную он пришел с определенным опытом в этом плане.

Вратарей Трефилов, правда, особо не трогал. Вроде как отдельная каста. Сами договаривались, кто начинает матч. Смотрели, кто в конкретный период лучше себя чувствует.

Еще Трефилову с тылом повезло. Сейчас у него много советчиков, а тогда очень помогал Виталий Крохин — разбирал, смотрел со стороны. А на Олимпиаде в Рио был Левон Акопян. Анализ — великолепный. Трефилову только и нужно было воплотить его в реальность, дать этим данным правильное применение.

— Питерский чемпионат мира, судя по всему, стал для вас самым запоминающимся.

— Тот турнир провели на одном дыхании. Причем играли последним запуском. Пока после матча прокрутишь в номере все моменты — в лучшем случае в час-два ночи заснешь. А подъем в восемь утра. Завтрак, тренировка. Мы занимались всегда первыми. Соперницы — скандинавки — смотрели на нас с недоумением: вы что, опять на площадку?

Жили в постоянном нон-стопе, не было времени выдохнуть. Только перед полуфиналом нам дали спокойно настроиться, восстановить силы.

— Финал чем был примечателен?

— Великолепной поддержкой болельщиков! Это для нас было внове. Сейчас к гандболу, и не только к женскому, большое внимание в Европе. Вот "Ростов-Дон" в этом плане очень старается, работает на посещаемость. А тогда мы впервые увидели в России забитые трибуны. Атмосферу можно сравнить с той, что была недавно в финале французского Евро. Не зря говорят, что дома и стены помогают.

— А чем памятно первое золото, итальянское?

— Для нас это был дебютный выход на мировую арену. Очень интересно и очень сложно. Нас никто не знал, мы — тоже никого. Посматривали, кто как играет, но не больше. Просто показали все, на что способны. Спокойная обстановка, рабочая. В Питере было сложнее, уже не имели права оступиться.

— Жалеете, что не довелось выступить со сборной в родном Волгограде?

— Конечно же, этого хотелось. Но первый вопрос: где? Скажем открытым текстом: не знаю, чем сборную можно привлечь в бедный Волгоград. Хотя был у нас такой шажок, когда "Аква" выступала в Лиге чемпионов. Пытались билеты продавать. Но и по низкой цене купить их люди не могли. Не знаю, может ли сейчас волгоградская семья вырвать из бюджета эти условные пятьсот рублей за билет.

— Но гандбол в Волгограде любят. Несколько лет назад на матчах Лиги чемпионов динамовский манеж набивался под завязку.

— Интерес никуда не денется. Но нужно развиваться. Сейчас все сложно. "Ростов-Дон" не сразу стал таким.

"Хочешь, отходи. Нет — получишь в лоб"

— Волгоградский гандбол переживал разные времена. Ваше поколение успешно выступало на внутренней арене, а вот больших еврокубковых побед не случилось.

— Действительно, только раз, в 2000 году, дошли с "Аквой" до полуфинала Лиги чемпионов. Знаете, иногда пересматриваю фотографии. Гляжу на тот состав и задумываюсь: как мы выигрывали у кого-то? Руководитель хороший попался, наверное. Все-таки тренера лучше Акопяна не было и нет. Ни из старых, ни из молодых. У него было особое видение, в каждом игроке находил какую-то изюминку, помогал ее развить.

— Ну и вратари "Аквы" тоже выручали, будем честны.

— Когда есть рядом чужое плечо, играть гораздо легче. Я и сейчас девочкам говорю: договаривайтесь между собой. Но сегодня бывает, что каждый сам за себя, не только в "Динамо". А волгоградские голкиперы раньше вполне могли положиться на защиту.

Хотя всякое случалось, конечно. Один случай до сих пор с девчонками вспоминаем. В Ростове играла Рая Веракса — гандболистка с очень мощным броском. Ей было все равно — стоят перед ней защитницы или нет. Хочешь, отходи, нет — получишь в лоб.

Мы с Наташей Будариной и Людой Бодниевой договорились: им только руки поднять, а я делаю все остальное. И вот ситуация: лес рук, бросок… И защитницы вдруг руки убирают. Мяч пролетел — поднимают обратно. Я такого не ожидала. Потом меня же и спрашивают: а ты чего не отбила? Понятно, что страшно. Она их насквозь прошила бы, наверное.

— Кроме ростовчанок, кто в ваше время ходил в главных раздражителях у "Ротора" и "Аквы"?

— "Кубань" и сейчас не подарок. В Питере была великолепная школа, сейчас там нет женской команды, а жаль. А тогда она в тройку попадала. Ясное дело, московские команды со своими амбициями. Но в основном мощью славился юг. Когда существовала в Волгограде "Россиянка", это было региональное дерби.

— "Россиянка" прожила всего несколько лет. Вас туда звали?

— Было такое. Но Акопян сразу собрал нас всех и настроил, что мы играем за "Ротор". О другом даже не задумывались. Сразу определились. Впрочем, в "Россиянке" и без нас народу хватало. Трефилову привезли целую команду: выбирайте игроков. Он тогда гандболисток пять оставил, в их числе оказалась Инна Суслина.

— По сути, в "Россиянке" волгоградок и не было.

— Трефилов тогда за Елену Чаусову боролся, но ничего не вышло. Надолго их не хватило, впрочем. Мы же за них доигрывали последний год. От команды тогда оставалось одно название, а выступали те, кто не попадал в основу "Ротора".

— Это в дополнение к игровой практике в дубле.

— Второй командой тогда руководил Вячеслав Кириленко. Он очень много внимания уделял нюансам, зачастую тренировки затягивались на несколько часов. Это была не детская беготня. Мы нагрузки тяжеловато переносили. Девчонки же, хотелось поскорее убежать. А здесь долгие рассказы. В высшей лиге много с ним поездили. Очень рада, что он продолжает консультировать молодежные команды.

"С Мартином друг друга не поняли"

— Первым зарубежным клубом в вашей карьере стал словенский "Крим".

— Могла и раньше уехать, но не было особого рвения — дома все устраивало. Почему в итоге решилась? Да просто хотелось узнать, что это такое: другая команда, другая страна. Да и здесь уже, наверное, надо было освобождать место, двигаться дальше.

"Крим" меня звал еще тогда, когда Люда Бодниева туда перебиралась. Хотели обеих взять. Но я не была готова.

О Словении остались самые хорошие воспоминания. К моему удивлению, Трефилов вызвал оттуда в сборную, хотя он легионеров особо не приглашает. В "Криме", кроме меня, была румынская голкипер Луминица Дину, которая защищала ворота сборной своей страны.

Руководство клуба очень гордилось, что у них в команде два лучших вратаря чемпионата мира.

— Собственно, там впервые с тренером вратарей и столкнулись.

— Это было очень интересно. Сейчас Роландо Пушник работает в БГК имени Мешкова. Это человек с огромным опытом, нам всем вместе взятым, столько было не наиграть. Подробный разбор моментов, индивидуальный подход к каждому из голкиперов... На самом деле тренер вратарей нужен в любой команде.

— После трех лет в Словении вы отправились в скромный турецкий "Милли Пьянго".

— Думала, что приеду туда и отдохну, спокойно поиграю в гандбол. Так и получилось. Многое ведь зависит от тренера, от того, какую атмосферу он создаст. Год пролетел на одном дыхании. Все почему-то думали, что я приеду и буду сачковать. Но у меня было другое отношение к делу. Так что пришлась ко двору. В клубе хотели продлить со мной контракт, но не сложилось.

— Уже позже, в испанском "Итчако", с тренером вам немного не повезло.

— Не то что не повезло. Как-то мы с Амбросом Мартином друг друга, наверное, не поняли. Нестыковка на молекулярном уровне, что ли. Не могу судить, как он сейчас в этом плане. Но, говорят, хороший тренер.

Мартин ведь прошел большую школу. Когда в "Итчако" снизились амбиции, он оказался в венгерском "Дьере". Думаю, там-то Амброс и понял, что и как. Как надо общаться с игроками, причем не только на тренировках.

А когда мы с Милой Турей и Натальей Курбановой попали в "Итчако", все было немножко напряженно. Игрового времени нам давали мало, а требования оказались завышенными. Тренер постоянно показывал статистику. Я говорю: так ты меня выпускаешь на десять минут, не даешь даже разыграться. А окончательно меня переклинило, когда он сказал, что на тренировке я больше разговариваю, чем работаю. Ну и не выдержала: все, уезжаю.

Квартиру сказали освободить через неделю, а улетала я оттуда только через две. Просила войти в положение, но слушать не стали. Благо девчонки были рядом, приютили.

— Желания остаться жить за границей не возникало?

— Знаете, человек ко всему приспосабливается, такая уж особенность. Словенский я неплохо знала, нас учили ему в частной школе. Хотя теперь подзабыла, конечно. На испанском почти заговорила, нам дали в учителя профессора, директора школы. Может, и осталась бы. Но есть три фактора: работа, жилье, семья. Одному ведь тяжеловато. Ничего из этого у меня там не было.

— Напоследок вы вернулись в чемпионат России.

— Еще до "Итчако", после Турции, пришла к Акопяну. Ну и год в итоге отыграла за "Динамо". Потом снова к Левону Оганесовичу: уезжаю, что я здесь просиживаю третьим вратарем?

И как раз предложение из Испании поступило. Пока были силы, решила играть. Акопян не удерживал.

Вернувшись в конце января из Испании, вообще расслабилась. Думала: чего дергаться? А через три дня звонит Трефилов: нужна твоя помощь. Такие вот простые слова. Надо — значит, надо. Вот и доигрывала тот сезон и карьеру в Звенигороде.

Главное
Лента новостей
© 2020 Быстрый центр. Все права защищены.
АСК «Виктория»