Эх, и повезло же партнёршам Никитиной по греческому клубу с загадочным названием "Анагенниси"! Ведь, кроме игры в компании с одной из лучших разыгрывающих России, они могут получить не только профессиональные гандбольные советы, но и консультацию дипломированного психолога.
А вообще история этой команды, почти целиком собранной из девушек, родившихся в Тольятти, одном из самых гандбольных городов России, конечно, должна войти в историю — как минимум, греческого гандбола.
Мне и самому хочется, чтобы президент какого-нибудь другого тамошнего гандбольного клуба воскликнул, хлопнув себя по голове: "А что, так можно было?"
А так, глядишь, и клубный чемпионат мира у женщин тоже появится, и отберётся туда, как у мужчин, какой-нибудь "Лос-Анджелес", и вспомнив о том, что не получилось в этом году у Яна Викторова, решат и у дам укомплектовать команду выходцами из бывшего СССР, и поручат тогда этот вопрос, конечно, Ирине Никитиной…
Тренировки у нас два раза в день — утром тренажёрка, вечером игровая, так что не до пляжа
"Быстрый центр", конечно, не удержался от того, чтобы обсудить все эти мечты с ней, но для этого пришлось потратить несколько дней — не так просто найти удобное для собеседницы время для звонка в греческий городок под названием Арта!
— Ну что, поделать, всё-таки гандбол теперь — не единственное моё занятие в жизни. Что ещё? Созерцание… Наблюдение за жизнью других людей, за их менталитетом, привычками… Ладно, это шутка, конечно!
Сегодня, например, с утра была тренировка, затем занималась решением всяческих насущных бытовых проблем. Плюс моя работа психологом, собственное обучение, созвоны с родными и близкими. А если учесть, что у нас ещё имеются и матчи с выездами в другие города, то свободного времени особенно-то и нет.
— Ну вот, а в нашем представлении перевезённый в не самый сильный европейский чемпионат вариант сборной передового гандбольного города Тольятти активно вкушает все прелести греческой жизни: кофе, солнце, море, пляж…
— Мне придётся огорчить, а может, и порадовать наших российских коллег: море тут не в пешей доступности, и до него надо добираться — где-то полчаса на автомобиле. Ну и тренировки у нас два раза в день — утром тренажёрка, вечером игровая, так что не до пляжа.
Насчёт кофе — да. Это вообще какая-то кофейная страна — местные пьют его практически безостановочно. Ну, разве что берут перерыв с 14 до 18 часов: в это время сиеста — и все отправляются домой отдыхать. Ну а потом снова — все кафешки в городе забиты до отказа.
На море ездили только пару раз. Нам показывали какие-то потрясающе красивые места — природа тут, конечно, впечатляющая.
— Следует полагать, ещё пару месяцев тому Ирина Никитина и не догадывалась, что вскоре ей придется инспектировать нереальной красоты греческие пляжи.
— Она догадывалась (смеётся). Греческий вариант, как и некоторые другие, стоял на повестке несколько месяцев. И приехать сюда мы должны были значительно раньше, но греческое посольство внесло коррективы, и потому прибыли в страну лишь за четыре дня до первой игры.
— Прервали вы свою недавно начавшуюся карьеру детского тренера…
— Точнее будет так -— доработала контракт до 1 сентября. Вообще-то я не объявляла о завершении карьеры и становиться тренером не планировала. Я и раньше об этом говорила — тренерство, на мой взгляд, это воистину титанический труд, отнимающий массу физического и ментального здоровья. Кроме того, к этому надо иметь призвание и, самое главное, любить эту работу, которая не всегда бывает благодарной.
— Но вы-то оказались благодарной, не смогли отказать своему первому тренеру.
— Это да, Нина Борисовна Савинова смогла меня убедить, тем более у неё нашлось и немало помощников в этом деле — в лице Алексея Гумянова и Оксаны Роменской: "Давай, попробуй, сейчас у тебя хороший момент, чтобы что-то поменять в жизни, да и детей с нуля набирать не надо".
Я, кстати, многих девчонок помнила по тем временам, когда они подходили к нам или сфотографироваться или взять автограф. Это был ещё один мобилизующий фактор. И я задумалась…
Опыт получился интересным и, скажу больше, моей категоричности поубавилось. Кто знает, возможно, в будущем я и пойду по этому пути.
Команда моих 14-15 летних девочек стала третьей на чемпионате России, что оказалось ощутимым прогрессом по сравнению с прошлым годом. Но тут, конечно, не только моя заслуга, Нина Борисовна всегда славилась хорошими наборами — и этот не стал исключением. Также очень помогали и поддерживали Татьяна Константиновна и Алексей Николаевич Гумяновы, делившиеся своим опытом, знаниями и профессиональным взглядом.
Слова благодарности хочу сказать тренерам школы, методистам и всем сотрудникам клуба, которые помогали не только в спортивных вопросах, но и во всём, что оставалось за пределами тренировочного процесса.
Их помощь с документацией, организационными моментами и повседневными задачами была для меня очень важна — особенно, когда только начинаешь свой путь в тренерской профессии.
Я же девчонкам только немного помогала, корректировала технику и тактические моменты. У нас вообще очень интересный диалог получился перед началом сезона: "Девочки, я понятия не имею, как играть в детский гандбол, потому как занималась им очень давно, поэтому вам придётся научиться играть во взрослый".
— Те, понятно, с радостью.
— Они у меня молодцы, не стеснялись задавать вопросы. Главная сложность заключалась в том, что девочки очень строго относились к себе и наказывали себя за каждую ошибку. Не забросила мяч — уже бежит с опущенными глазами, плечами вниз и твердит, что раз ничего не получается, что больше бросать не будет. Очень они расстраивались и переживали.
Я объясняла, что никто из нас не родился с базовыми настройками для гандбола, и все мы и собрались, собственно, для того, чтобы научиться в него играть, развиваться и становиться лучше.
Параллельно я проводила и психологическую работу — здесь моя специальность очень пригодилась. Это была отличная возможность поработать, что называется, в поле с целым коллективом молодых спортсменок.
Благодарна "Черноморочке" за возможность восстановить форму после операции
— Пожелаем девочкам прекрасных игровых карьер, а пока вернёмся к вашей. Греческое предложение, говорите, оказалось не единственным?
— Ситуация была двойственной: официально я не объявляла о завершении карьеры, но при этом многие знали, что я начала тренировать. И мысль о том, что я не доиграла, постоянно сидела в голове.
После проблем со спиной у меня образовалась довольно долгая пауза. Сначала была операция, потом восстановление. А период, когда я наконец смогла вернуться на площадку, оказался совсем коротким. Я даже не успела в полной мере насладиться игрой. Когда же подключалась к тренировкам девочек, то понимала, что игрока в себе совершенно не потеряла и всё ещё хочу играть.
— Но вообще-то две попытки вернуться у вас были — в родной "Ладе" и в "Черноморочке".
— Операцию я делала, ещё будучи игроком "Лады", но, к сожалению, сложности во взаимоотношениях с клубом начались у меня ещё до неё. В определённый момент я столкнулась с сомнениями относительно характера моих проблем со здоровьем. И, наверное, не столько сами эти сомнения были неприятны, сколько форма, в которой они прозвучали.
Говорю об этом потому, что "Лада" много рассказывает о своих игроках, о том, как ценит своих воспитанниц и бережно к ним относится. Но, увы, реальный опыт многих игроков не всегда соответствует этой картине.
За красивыми словами порой остаются ситуации, о которых не принято говорить публично, хотя именно они во многом и показывают истинное отношение к спортсмену. Моя история, к сожалению, тоже стала частью этого опыта.
Когда начались проблемы со спиной, то отношение ко мне заметно изменилось. У меня сложилось ощущение, что в тот момент руководство больше думало о том, как завершить со мной сотрудничество, чем о том, как помочь восстановиться и вернуться на площадку. Сама по себе такая ситуация понятна для профессионального спорта, но то, как она происходила, оставило неприятный осадок.
На время травмы мы заключили дополнительное соглашение, которое действовало до июня: если я не смогу вернуться на площадку и играть, контракт автоматически расторгался.
Я согласилась на снижение зарплаты на 50 процентов. И после операции уже в начале февраля пообещала, что к плей-офф буду готова вернуться в строй. Однако этот вариант, судя по всему, не нашёл отклика.
До сих пор не могу понять, почему у меня не сложились отношения с главным тренером. Я приходила на тренировки, но она практически не шла со мной на контакт. Для меня такой формат взаимодействия был неприемлем. Я никогда не относилась к спорту по принципу "получать зарплату и сидеть на скамейке". Мне всегда хотелось играть, приносить пользу команде и понимать, что я действительно нужна.
В тот период в клубе сменился директор, и на эту должность пришёл Андрей Витальевич Степанов. Мы с ним нормально поговорили. Я объяснила, что не претендую на компенсацию за расторжение контракта: было важно, чтобы меня просто отпустили — и я могла двигаться дальше.
Андрей Витальевич выразил сожаление по поводу сложившейся ситуации. Но он планировал продлить контракт с тренером ещё на два года, поэтому дальнейшее развитие событий, в общем-то, было понятным.
К тому моменту я уже общалась с Алексеем Николаевичем Гумяновым и получила предложение присоединиться к "Черноморочке" на время плей-офф. Мы договорились о контракте на три месяца. Я ехала одна, без семьи, поэтому для меня это была возможность оценить ситуацию. Понять, как всё сложится. И постепенно вернуться к полноценной игровой карьере.
Я благодарна "Черноморочке" за возможность восстановить форму после операции и вновь почувствовать себя полезным игроком. Отдельная благодарность моему хирургу — Дмитрию Николаевичу Дзукаеву, который помог мне пройти этот непростой этап восстановления. Мы завершили сотрудничество с "Черноморочкой" спокойно, без конфликтов и взаимных претензий.
После этого я вернулась в Тольятти, получила ещё несколько предложений, но поняла, что больше не хочу переездов. Мне хотелось стабильности и возможности спокойно определиться с дальнейшими планами.
В какой-то момент сосредоточилась на тренерской работе с девочками. А когда решила вернуться в профессиональный спорт, уже чётко понимала, что рассматривать буду варианты за пределами России.
Давайте будем честными: когда у игрока за плечами большой спортивный путь, определённый возраст и недавняя операция, даже если она прошла успешно, клубы могут относиться к такому сотрудничеству осторожнее.
Это объективная реальность профессионального спорта. Но я всегда считала, что пока у тебя есть желание играть, силы работать и возможность доказывать свою состоятельность на площадке, не стоит ставить на себе крест. В конце концов, заранее никогда не знаешь, как всё сложится.
А потом появилась Греция и Нигина Саидова. Изначально она предлагала мне другие клубы из этой страны, но там была какая-то непонятная история: то да, то нет. Позже Нигине предложили возглавить "Анагенниси", и она пригласила меня к себе.
Я понимала, что в этом случае все контрактные обязательства будут выполнены, а для Греции, как мы знаем, это тоже немаловажный момент. Кроме того, Нигина пригласила целую группу молодых игроков и рассчитывала на мою помощь им не только на площадке, но и за её пределами — в том числе и как психолога.
И это всё меня как-то сразу и заинтересовало — плюс и страна тёплая. А я люблю, когда солнышко светит целый день.
— К тому же вы наверняка думали, что напрягаться-то сильно не придется — ну какой там в Греции женский гандбол, я вас умоляю…
— Было такое, я считала тамошний чемпионат всё же менее энергозатратным, чем он оказался на самом деле! Но, по большому счёту, мне тут нравится. Вот если бы ещё и семья была рядом…
Президент клуба теперь хочет только россиянок!
— А вот мне, положим, не сильно понравился первый матч "Анагенниси" за Суперкубок против ПАОКа. Пусть и не первый состав сборной Тольятти, усиленный игроком молодёжного ЦСКА Дашей Кондрахиной, потерпел чувствительное поражение — 18:30. Как же так, Ирина, как нам теперь смотреть в глаза российским любителям гандбола?
— Я понимала, что дебют не будет феерическим. У нас всё-таки не было никакой совместной подготовки, перед игрой мы провели лишь три совместные тренировки — за это время, понятно, можно было только разобраться, кто на каком месте будет играть, да и ещё придумать пару комбинаций.
ПАОК же имеет два равноценных состава — в отличие от нашего одного. Да и набор игроков там неплохой. Думаю, что в российской Суперлиге он бы смотрелся довольно пристойно. Понятно, что с ЦСКА или Ростовом шансов бы не было, но у всех остальных кровушки он бы точно попил!
— Тут главное, чтобы ваш президент клуба Василис Краньотис не разочаровался российским десантом. Может, он рассчитывал, что вы сразу всех сотрёте в пыль!
— Человек разбирается в гандболе и после игры не скрывал своего восторга. Прекрасно понимает, что нам необходимы ещё игроки. Но уже точно знает, что гречанок не хочет, теперь хочет только россиянок. Тем более легионерок в составе можно иметь сколько угодно.
— Решаемо. Поставьте Ире Никитиной задачу, дайте гарантии по зарплатам и к концу дня она укомплектует не только "Анагенниси", но и все остальные клубы лиги. Мало ли в России игроков, которые точно так же любят море и солнышко…
— Хм, на первый взгляд, выглядит заманчиво, но надо понимать, что Греция — не самая богатая страна Евросоюза. И сильно много денег тут — точно не заработаешь. На жильё хватит, на путешествия по стране и вокруг неё — тоже. Но не более.
Я приехала сюда не ради заработка. Мне просто хочется получать удовольствие от гандбола.
— Но получает ли такое же удовольствие ваша прооперированная спина?
— Травма всё-таки была серьёзная — и поэтому до конца моей жизни поддержание спины в тонусе станет рутиной. Я каждый день хожу в тренажёрный зал, и в этом плане моя готовность к греческому сезону нареканий не вызывала.
Пришлось приводить в порядок лишь беговые кондиции. Я их обрела, но, самое главное, позвоночник чувствует себя шикарно. Несмотря на довольно большое количество времени, которое провожу на площадке.
Президент доволен и мной, и девочками — ему нравится тот гандбол, в который начала играть команда. Единственное, как я уже говорила, нужны ещё игроки, желательно — русские. Например, нам не помешал бы центральный защитник.
— А вы представляете, сколько центральных защитников читают "Быстрый центр"?
— Хм, а ведь идея… Думаю, что у девочек есть мой контакт, во всяком случае, его несложно найти — в нашем гандболе все друг друга знают! Хотя, конечно, нам нужен не один игрок, а, по сути, ещё одна "семёрка", чтобы команда не проседала, когда русские девочки садятся отдыхать.
Вообще-то проблемы "Анагенниси" начались в прошлом сезоне, когда команда переехала из Салоников в Арту. Эта идея понравилась далеко не всем игрокам — и, по сути, в команде осталось лишь три человека: вратарь — она же капитан команды и две молодые девочки. Все остальные — такие же новобранцы, как и мы.
Так что хорошие игроки нам нужны. Хотя бы для спарринга, потому что даже при игре шесть на шесть на одни ворота местные, конечно, выпадают…
Как и многие, начала заниматься психологией чисто для себя
— Какую задачу поставил президент клуба Краньотис перед командой?
— Я так понимаю, стать призёрами, пробиться в еврокубки и хорошо сыграть в нынешнем еврокубковом сезоне. Хотя эта задача уже перевыполнена: в двух матчах мы обыграли вильнюсский "Эгле" и прошли в следующий этап, что у "Анагенниси" в последнее время случается отнюдь нечасто.
Дальше у нас — словенская "Айдовщина", о которой мы пока практически ничего не знаем, кроме угрожающего названия (смеётся). Но, надеюсь, всё будет не так страшно — и нам удастся побороться за выход в следующий этап.
— Что ж, задачи клуба, конечно, трудно назвать завышенными, но давайте о главном — как двигается ваша основная профессия, в которой, надеюсь, вы зарабатываете больше, чем носясь с мячом сломя голову по площадке.
— Мне бы тоже хотелось зарабатывать больше, хотя какой-то доход уже есть. Но сейчас я больше сосредоточена на спорте и свои онлайн-консультации подстраиваю под график тренировок и игр команды.
Я ведь, как и многие, начала заниматься психологией чисто для себя, а потом увлеклась всерьёз. Закончила Академию психологии и коучинга в Москве и планирую поступить в магистратуру. Вот только пока не знаю, какую сферу выбрать — спортивную психологию или всё-таки общее направление.
Надо сказать, что мне нравятся оба варианта — среди клиентов у меня были и спортсмены, и обычные люди, и не могу сказать, что они как-то сильно отличаются. Просто специфика и запросы немного другие.
— Считаю, надо бить из двух стволов. Массовую аудиторию игнорировать нельзя, но и профессиональную никому не отдадим…
— Как заработок я рассматривать это пока не хочу. Хотя понятно, что кушать хотят все — и ребёнка тоже надо растить. Но если буду реально помогать людям своей работой, то, думаю, и доход подтянется.
— Подтянется, куда денется. Женскую психологию вы знаете — всё ж упирается в заезженную тему: "Все они козлы, но где найти козла своего?"
— Вообще-то да, большинство клиентов — это женщины. Они чаще всего в себе копаются, хотя, на мой взгляд, в большей степени это должны делать мужчины.
— Ну, вот прям сейчас и разогнались…
— Мужчинам действительно не очень-то свойственно задавать себе вопрос: "Что со мной не так?" Которым постоянно мучаются женщины. И — почему этот козёл, как вы изволили выразиться, так себя ведёт…
У спортсменов немного другая специфика запросов. Даже у самых выдающихся бывают выгорание, чрезмерный перфекционизм, страх ошибок и поражений. Когда человек привык всегда побеждать и быть лучшим, любая неудача может восприниматься как катастрофа. Особенно если вся самооценка завязана на результатах.
Есть и страх травм, давление со стороны тренеров, конкуренция, необходимость постоянно доказывать свою состоятельность. А иногда человек настолько привыкает быть спортсменом, что за пределами спорта просто не понимает, кто он и чего хочет.
Но при этом спортсмены сталкиваются и с обычными жизненными проблемами — отношениями, семьёй, самооценкой. Просто за внешней силой и привычкой преодолевать себя далеко не всегда стоит такая же психологическая устойчивость.
Первое, что надо понять женщинам, это то, что "мужики — не козлы"
— Как ни крути, снова упираемся в отношения полов.
— С одной стороны, существуют базовые вещи: если женщина чувствует себя за своим мужчиной как за каменной стеной, то ей проще тренироваться, ей хочется домой, чтобы дарить тепло любимому человеку, строить отношения и семью. Залезть под крылышко любимого и смотреть вместе сериал. Как будто так спокойнее и проще.
Но, опять же, это актуально не для всех. Кто-то полностью самодостаточен — и ему больше всего интересны взаимоотношения с самим собой.
— И какой же вы даёте совет?
— Как психолог я не имею права что-то советовать. Человек ко всему должен приходить сам.
Бывает, что женщине нравится определённый мужчина, и она не мыслит своей жизни без него. Надо разобраться, почему именно этот человек завладел её сердцем. И идти не от чужого, а от своего. Не искать того, кто может заткнуть дыру твоих потребностей, а самой стать настолько интересной, чтобы с тобой искали встречи и хотели проводить время.
Иногда надо просто откатить ситуацию назад — из точки А в точку Б. И подумать, как можно было поступить по-другому. Мы работаем и размышляем вместе, и человек понимает, что сегодняшних проблем можно было избежать. Но для этого он должен посмотреть на свою жизнь вместе с психологом, потому что далеко не каждый способен на то, чтобы пройти подобную рефлексию сознательным образом. Ему надо помогать.
Первое, что надо понять женщинам, это то, что "мужики — не козлы". Прежде всего — надо разобраться в себе.
— Теперь я понимаю, почему профессия психолога привлекает вас больше, чем тренерская. Тот отвечает за результат, а здесь всегда можно сослаться на то, что рекомендации были похерены — и потому, мол, умываю руки.
— Нет, психолог всё-таки несёт моральную ответственность. И мне будет неприятно, если я не смогу помочь человеку. Но, к счастью, такого со мной пока не случалось.
— Короче, у вас всё в прайме. Играете в своё удовольствие, работаете опять-таки тоже с хорошим настроением — и в свободное время. Солнце, море и вкусный греческий кофе…
— Со стороны, наверное, так и кажется, но я к своему прайму ещё иду — другое дело, не буду пока посвящать вас во все детали: чего именно я хочу достичь, ибо вполне конкретная цель у меня, конечно, есть. Но сегодняшняя ситуация меня, безусловно, устраивает.
— А вот меня как сторонника популяризации гандбола во всём мире — нет. В США, скажем, игру точно надо развивать — тем более Олимпийские игры-2028 пройдут в Лос-Анджелесе, и хозяева там обязаны играть! А вот в этом году Яну Викторову и Максиму Саликову — не удалось собрать на клубный чемпионат мира в Египет сильную команду. Если вдруг там или где-то ещё в Америке женский клуб появится — возьмётесь?
— Видимо, я не регулярно, увы, читаю "Быстрый центр" — и это всё как-то прошло мимо меня. Но если там начнут собирать и женскую команду из тех, кто недавно закончил или играет до сих пор, то, конечно, помогу с удовольствием. И тут одним Тольятти дело, видимо, уже не ограничится…
Кстати, мне всегда было непонятно, почему в Штатах — по идее, самой спортивной стране в мире — гандбол занимает такое скромное место. Для нашего вида спорта не надо заливать лёд, приобретать недешёвые ледовые комбайны и регулярно покупать клюшки, коньки и всю эту громоздкую экипировку.
Я бы хотела, чтобы было будущее у тех видов спорта, которые не требуют каких-то глобальных вложений и для государства, и для родителей. Гандболу ведь немного надо — площадка, мяч, форма и кроссовки… Слушайте, вы этой Америкой разбередили мне душу. Разговариваю с вами, а в голове уже целая "семёрка" нарисовалась — и очень приличная, я вам скажу!
Кто у них вообще там этим вопросом занимается?
Фото: личный архив Ирины Никитиной
